Главная
Ремесла
История искусства
Изобразительное искусство
Галерея искусств
Портрет
Жанровая картина
Анималистика
Морской пейзаж
Пейзаж природы
Городской пейзаж
Натюрморт

Пейзаж в гравюре

23.11.2011 г.

«Широкое увлечение пейзажем знаменует собой, как это ни покажется странным на первый взгляд, всегда кризис стиля, эпохи, культуры. Пейзажно смотреть на мир люди в массе начинают тогда, когда ощущают приближение осени своей личной или своей эпохи, когда они разуверились в человеческих законах и ищут спасения в законах натуры». Это замечание Б. Р. Виппера по поводу европейского искусства оказывается верным также и в отношении искусства укиё-э, объясняя в известной степени появление в 19 веке пейзажа как последнего большого явления в японской гравюре. Пейзаж для Японии не только жанр, но и мировоззрение. Острое чувство природы пронизывало все художественное сознание японцев. На принципе протяженности и изменчивости пространства строится традиционная японская архитектура с ее раздвижными стенами и динамичностью интерьера. Лишь в Японии есть такие виды искусства, как икэбана (искусство «живых цветов») или бонсэки («пейзаж на блюде»), и ни в какой другой стране не знали столь изощренного садового искусства, как в Японии, где издавна культивируют «сады мхов», «сухие сады», «пейзажные сады». Пейзаж (жанр «сансуй» — «горы — воды») в Японии существовал давно. Однако графики укиё-э, обратившись вначале к бытовому и театральному жанру, казалось, забыли пейзаж, хотя любовь к природе по-прежнему определяла все их искусство.

Хокусай первым из графиков вновь обратился к пейзажному жанру, хотя и не был изобретателем пейзажа укиё-э. Многие графики (Масанобу, Тоёхи-ро и другие) и до него делали отдельные пейзажные сцены и почти все писали пейзажные фоны, оттеняющие жанровые сцены переднего плана. Однако пейзажные циклы Хокусая — новое явление в искусстве укиё-э. Они отличаются и от лирических сцен 18 века, и от классических ландшафтов древности. Пейзаж Хокусая близко соприкасается с бытовым жанром, но одновременно это пейзаж философский и символический; в нем сочетается европейская линейная перспектива с традиционным динамическим пониманием пространства и множественностью точек зрения, а достоверность наблюдения совмещается с методом цветовой и образной символики. Самая прославленная пейзажная серия художника — «36 видов Фудзи». Именно листы этой серии вспоминаются в первую очередь, когда называют имя Хокусая. Вся серия — пестрая картина жизни Японии. Здесь рыбаки, борющиеся с океаном, пильщики на дровяном складе, крестьяне, везущие на буйволах рисовую солому. И за всей этой жизненной пестротой вырисовывается идеальный конус священной горы Фудзи.

Каждая из гравюр чрезвычайно конкретна, абсолютно достоверна в своей изобразительности; художник не только передает точный вид местности и характерное занятие жителей, но и в само название гравюры вводит топографическое обозначение — название реки или деревни. Но при этом все предметы, все линии в этих листах соотнесены с формой Фудзиямы. Гора то парит в небе подобно гигантской птице, то еле виднеется на далеком горизонте, то просматривается сквозь гигантскую бочку или повторяется в линиях рыбачьих снастей. Она не только организует композицию гравюр, но постоянно присутствует здесь как идеал, как некая мера всех вещей, единственно совершенная среди хаоса и бесконечного разнообразия форм природы и человеческих творений. Но как раз соотнесенность форм и ритмов с Фудзиямой, повторение ее конуса и в общей композиции гравюр, и в направленности движения, и в отдельных деталях придает цельность образу, воплощенному в каждом листе, претворяет обыденное явление в нечто значительное и всеобщее. Фудзияма в этой серии выступает не просто как деталь ландшафта, но как образ родины, как символ Японии («Красная Фудзи»). Многие листы этого цикла приобретают эпический характер. Так, на гравюре «Ветер в Суру-га» Хокусай воссоздает ветер как одну из форм жизни земли. Внезапный шквал склонил деревья, пригнул к земле травы, и подобно стае белых птиц взметнулись в небо белые страницы. И словно подчиняясь этому движению, уходят к горизонту тропинки, торопливо бегут путники. Ветер для Хокусая — воплощение одного из законов природы, выражение его пульса, который наделяет жизнью все явления бытия.

В знаменитой гравюре «Волны у побережья Канагава» (так называемая «Большая волна») Хокусай, оставаясь в пределах привычной декоративной формы, воссоздает могущество стихии. Океан издавна связывают на Востоке с образом дракона, символизировавшего божественную, грозную силу. Словно «лапа огромного зверя» нависает волна над утлыми рыбачьими лодками; казалось бы, все предвещает неизбежную трагедию, гибель людей. В связи с этой гравюрой обычно говорят о противопоставлении человека природе, видят в волне образ неумолимой судьбы. Думается, что идея гравюры совсем иная. Люди отнюдь не противопоставлены природе, наоборот, они смотрятся как белая пена брызг, то есть как одно из проявлений жизни Вселенной, а конус Фудзи очень похож на далекую волну; так ощущение возможной трагедии нивелируется, а внутренний конфликт разрешается покоем и статикой. Кажется, что художник воплощает здесь традиционные представления о главных законах бытия, о подобии всего всему, о единстве и конечной гармонии мироздания.

В этой серии окончательно сложилась колористическая система Хокусая, отличающаяся от цветового строя его предшественников и современников. Колорит на гравюрах художника становится, с одной стороны, более естественным и достоверным, но одновременно в нем нарастают элементы символики и внутреннего подтекста. Хокусай, в противоположность графикам 18 века, воспринимает цвет одновременно и как реальный признак явлении и вместе с тем, следуя древней дальневосточной традиции, как выражение неких космических сил. Он часто применяет раскат, воспроизводя изменчивость атмосферы, передавая естественный цвет речной дымки, прозрачных розовых далей или голубых туманов. Но в то же время он обращается к основным, чистым, или, как говорили в старину, «правильным», краскам, характерным для классической живописи. Эти пять красок: красная (бэни), желтая (ки), синяя (аой), белая (сирой) и черная (суми) соотносились с пятью первоэлементами природы, со странами света, с планетами и со звуками. Синий цвет означал Восток, планету Юпитер, символизировал весну и человечность. Белый цвет отождествлялся с Западом, с осенью, с металлом, был воплощением справедливости, а белая одежда — знаком скорби. В старину думали, что все другие, смешанные цвета вызывают неприятные явления, намекают на предосудительные качества и потому их старались избегать и в искусстве, и в повседневном обиходе.

 
« Пред.   След. »
 
 
Главная arrow Ремесла arrow Японская гравюра 17 -19 веков arrow Пейзаж в гравюре   © ArtofEast.ru All rights reserved.